Для камерного, как внутренне, так и внешне театра в пространстве 130 квадратных метров сделать такую постановку казалось нереальным. Творческие возможности муниципального «Балаганчика» уже много лет ограничиваются парой служебных комнат, скромным зрительным залом и несколькими метрами «сцены» без помоста.
Особенности, которые не позволяют ставить масштабные спектакли, здесь превращают в преимущество. И «Преступление и наказание. Начало» не стало исключением. Камерность обстановки помогла и режиссеру, и актерам сконцентрировать внимание на деталях, эмоциях и мимике главных героев и еще глубже раскрыть их мотивы.
Хрестоматийную историю о социальной несправедливости и отчаянии, которые подтолкнули молодого и перспективного студента юридического факультета к убийству, принято считать литературным образцом покаяния и духовного возрождения.
Автор теории о превосходстве одних людей над другими Родион Раскольников намеренно убивает старуху-процентщицу и нечаянно - ее сестру. Физическим наказанием за преступление для него становится каторга, а духовным - муки совести. В знакомом Достоевскому не понаслышке сибирском остроге Раскольников приобщается к христианским ценностям и обретает шанс на спасение души.
Сложному пути своего героя, а заодно и близких Раскольникову людей писатель посвятил полтысячи страниц текста. Еще при жизни он зачитывал страницы из своего романа современникам и вряд ли представлял, что в будущем его творение будут детально разбирать в школах и играть в театрах. И если первые сценические версии «Преступления и наказания» сводились к отдельным эпизодам с монологами героев, то в дальнейшем постановщики переносили на сцену весь сюжет в самых разных интерпретациях.
Знаковыми в театральном мире считаются спектакли Юрия Завадского в Театре Моссовета и Юрия Любимова в Театре на Таганке с Владимиром Высоцким в роли Свидригайлова. В наше время «Преступление и наказание» подавали и как расследование уголовного дела, и как авангардистский эксперимент и даже как диалог Раскольникова с самим Достоевским.
В спектакле «Балаганчика» экспериментировать с содержанием и формой не стали. В версии Загуменнова главенствует классическая трактовка романа в форме литературного очерка. Актеры и постановщик здесь не ставят задачи передать зрителю содержание, а останавливаются лишь на отдельных страницах, оставляя пищу для глубоких размышлений (сюжетно это моменты, когда Раскольников приходит к старухе-процентщице с «закладом», знакомство главного героя с Мармеладовыми, убийство и финальный разговор с матерью перед судом и каторгой).
Визуально спектакль также выглядит скромным. На традиционном для «Балаганчика» черном фоне задней стены присутствуют лишь декорационные станки в виде дощатых стен и ожидающий своего выхода топор в красных пятнах крови. На этом фоне публике является студент мастерской Олега Загуменнова в СаТИ Дмитрий Куркин в роли Раскольникова. За час и двадцать минут времени, отведенных его персонажу на сцене, зрители считывают с лица молодого актера и волнение, и тревогу, и дальнейшее смирение, и полную покорность судьбе. В сценах с Раскольниковым также присутствует некий Автор, он же актер Александр Гулин, которому режиссер тоже даёт право голоса. Такой прием оживляет и упрощает зрительское восприятие.
Голосом автора у Загуменнова пользуются и другие персонажи, включая Старуху-процентщицу, в которую превращают обаятельного худрука Елену Смирнову. Для придания сухости и неприятности ее героине актрису нарядили в чепец и красно-клетчатую юбку. Над созданием образов для персонажей, к слову, трудилась профессиональный театральный художник Дарья Алешина из Москвы. Более традиционный внешне образ с крестьянским платьем и косынкой получила и младшая сестра старухи, молчаливая Лизавета (Ольга Лапшина).
За штофом водки в трактире зрителю является старик Мармеладов (Михаил Юдин). Его нетрезвый монолог - один из самых живых и одновременно страшных эпизодов в спектакле. Трагичность происходящего усиливает появление его жесткой и больной супруги, Катерины Ивановны (Елизавета Симагина) в платье из тонких лохмотьев. В спектакле также присутствует как воплощение материнской любви и драмы - Пульхерия Раскольникова (Ирина Короткова).
Отсутствие визуальных границ между артистами и зрителями держит последних в напряжении в течение всего действия. И подобно апофеозу тонким намеком звучит финал спектакля. Это один из кошмарных каторжных снов Раскольникова об охватившей мир моровой язве. Загадочная эпидемия лишает заболевших разума и будто проказа заставляет верить в исключительность и правоту лишь собственных убеждений. Еще вчера не имевшие никаких оснований для вражды люди убивают друг друга в бесконечных войнах, а голоса тех немногих, не поддавшихся безумию, почти не слышны. И если герои «Преступления и наказания» обретают спасение в вере, то в современном мире философские размышления Достоевского так и остаются нерешенными.
Спектакль в «Балаганчике» идет с возрастным цензом 16+, о следующих показах в театре обещают сообщить дополнительно.
