– Цель любого спектакля – потрясти зрителя! – уверял Мурат Абулкатинов перед премьерой.
«Гроза» – далеко не первое обращение режиссера к классике. Этой весной он и его команда выпустили «сентиментальную трагедию» «Евгений Онегин» в Красноярском ТЮЗе. Действие в этой постановке разворачивается на фоне серой стены дома где-то на задворках истории, а персонажи, по мнению критиков, подобно призракам, балансируют между авангардным и традиционным театром. Спектакль получил неоднозначные отклики зрителей. Одним такое прочтение классики пришлось по вкусу, других явно разочаровало. Сам Абулкатинов пояснил, что современный театр для него тот, где зрители узнают в персонажах самих себя, а происходящее на сцене – выглядит актуальным.
Являясь поклонником монументализма и статичности на сцене, режиссер отдает предпочтение визуальному восприятию. Поэтому спектакли Абулкатинова – часто сочетание определенных цветов, холодная сепия или черно-белые кадры.
Своей концепции режиссер остался верен и в «Грозе». Как и в «Онегине», саратовцам представили минималистские декорации в монохромной гамме без привязки к эпохам и стилям. Венцом художественной мысли стала шестиметровая «бетонная» стена-дамба. Это громоздкое сооружение заменило героям волжский обрыв. Едва ли не большую часть спектакля представители «темного царства» возвышались над Катериной на этой вершине.
Внешнее сходство «Грозы» со спектаклем в Красноярске объясняется тем, что над спектаклями работала одна и та же творческая команда – сценограф Софья Шнырева, художник по свету Павел Бабин и выпускник Саратовского театрального института, а ныне аспирант Академии русского балета Никита Беляков.
К удачным сценическим решениям постановщиков можно отнести визуальное увеличение пространства за счет деревянного настила у края сцены, что приблизило актеров к зрителю. Атмосферности постановке добавили сумерки волжского городка и особая пластика. Хореограф Никита Беляков тонко и метко подчеркнул мрачность и духовную ограниченность публики. Неживые и неспособные на яркие и свежие чувства люди – таким предстает добролюбовское «темное царство».
Бунтующую Катерину в постановке сыграла Надежда Червонная. Режиссер пытался сделать ее максимально близкой современному зрителю, но в итоге девушка выглядит немного безумной, а ее борьба с «темным обществом» - личной. Причем даже внешний облик героини никак не противопоставляет ее «темному царству», а бунт Катерины временами и вовсе сводится к нервному срыву.
Непонятными выглядели и чувства Катерины к возлюбленному Борису (Дан Петровский), который в спектакле так же безволен, как и ее «постылый» муж Тихон (Павел Лазарев). Необъяснимы здесь и мотивы внезапного проявления чувств Катерины к Варваре (Эльвира Иртуганова). Кстати, то искреннее сочувствие, которая жизнерадостная Варвара проявляет к судьбе Кати, делает скорее ее больше схожей с тем самым «лучом света».
Новаторское режиссерское прочтение не обошло стороной и оплот консервативных ценностей - русское купечество середины XIX века. Так, строгая и деспотичная Кабаниха (Вера Яксанова) оказалась довольно молодой и энергичной женщиной в самом соку, которой не чужды человеческие слабости, и, что самое главное, она не вызывает неприязни у зрителей. Неожиданно актуально звучали рассуждения ярого борца за незыблемость патриархальных устоев купца Дикого (Алексей Кривега) с сигарой в зубах.
Толпу нешаблонных персонажей в спектакле разбавил непривычно холодный и угрюмый Кулигин (Владимир Егоров). Выбивалась из темных героев и голосистая Барыня Жанны Волошиной.
Не последнюю скрипку в спектакле сыграл трогательный финал. Постановщикам удалось поставить точку в истории Катерины без традиционной грозы и раскатов грома, но в целом лаконично и красиво. На этой ноте под шквал аплодисментов артисты вышли на поклон.
Получилось ли у Мурата Абулкатинова потрясти зрителя, так как было заявлено выше? Определенно да, но чем и насколько – вопрос остался открытым.
